Западный Таймыр

Главная О Компании Два капитана По следам полярных экспедиций План поисков Западный Таймыр

План исторических поисков

Западный Таймыр

 1. Зимовье XVII - XVIII вв

Исторической отправной точкой можно считать плавание двинянина Кондратия Курочкина, который в 1610 году спустился вниз по Енисею до его устья и прошел морем па р. Пясину, как это видно из грамоты 1616 г. (Миллер, 1941, стр. 232-233). "...Сказывал де двинянин, торговый человек Кондрашко Курочкин, в прошлом де 118 году был он в Мангазее, а из Мангазеи прошел на Енисею к Николе на Турухан. И он Кондрашко поговори с двиняны торговыми людьми с Осипко Шипуновым со товарищи, сделали кочи и пошли на промысел в реку в Пясину и шли вниз по Енисею до Енисейскова устья четыре недели и пришли на Енисейское устье во Петрово заговенье... И устье де Енисейское занесло от моря льдом, а лед был в толщину сажен 30 и более. А падает до Енисея в морскую губу Студеного моря, которым ходят немцы из своих земель кораблями ко Архангельскому городу. А проезд с моря к Енисейскому устью есть. И стояли они на Енисейском устье за льдом недель пять... был без перестани ветер с сиверу и хотели было назад воротитца. Да как потянул полуденный ветер и тем ветром лед из устья отнесло в море. В те поры и большими кораблями из моря в Енисею пройти было мочно. А Енисея де глубока, кораблями по ней ходить мочно же... И отнесло де лед от устья одним днем и они де выстали из Енисея и поворотили вправо и шли подле берег губою два дни, да выехали в речку Пясину. А Пясина в море падает одним устьем, а как де из Енисея лед в море унесло, в те поры лед и из Пясины вынесло". С Енисея морским побережьем, а также реками и волоками русские проникли, таким образом, на Пясину, а оттуда и на Хатангу. Памятниками этого проникновения остались названия рек и речек, например "Волочанка", «Вологочан» и "Волочок", кое-где сохранившиеся до наших дней.

Опираясь на Мангазею, русские землепроходцы постепенно стали проникать все дальше и дальше на восток в пределы собственно Таймырского края. Тогда и стали  возникать на побережье и на берегах рек их опорные базы – зимовья: Введенское, Паленое, Черное, Спиридоновское, Петимское, Сухановское, Верхнее и Нижне-Пясинское, Моржовое, Убойное, Зверово. Эти старинные поселения, упоминаются во многих документах: в таможенных мангазейских книгах, в отчетах Х. Лаптева, Ф.Минина и А. Миддендорфа. Через эти «станки» проходил водный путь из Енисея на Хатангу.  Известно лишь их приблизительное местонахождение (кроме зимовья Введенского).  На карте  18 века, на двухсоткилометровом участке Таймырского побережья от поселка Диксон до устья реки Пясина, отмечены 18 зимовий.  Их необходимо выявить на местности, установить точные координаты и задокументировать.

 2. Великая Северная экспедиция (1733-1743)

Во время совместного путешествия к устью Пясины (1741) Лаптев и Челюскин увидели, что на южном входном мысе нынешней бухты Рыбной «поставлен маяк штурмана Минина в 1740 году»,  как записано в их журнале (этот маяк никто никогда не находил),. Эта запись свидетельствует о наличии на маяке доски с надписью, очевидно  аналогичной доске с надписью, найденной (Бегмчевым) на мысе Полынья и хранящейся ныне в Эрмитаже. Совместную съемку исследователи закончили  в устье Пясины, где остановились «на острове, на котором коренное зимовье промышленника Федота Тобольского». С 1930-х годах на картах этот небольшой островок носит название остров Чаек. Еще недавно на нем были заметны развалины двух некогда крепких поместительных домов. В одном из них около месяца жил Лаптев, ожидая вскрытия Пясины, чтобы подняться на лодке до ее верховьев и перебраться на Енисей. В зимовье Тобольского на острове Чаек останавливались и другие участники ВСЭ: штурман Д.Стерлегов, боцман «Якуцка» В.Медведев. Дважды здесь побывал С.Челюскин, который по заданию Лаптева выехал отсюда со съемкой берега к устью Енисея.

Едва Челюскин успел проехать «заворот земли» и большой остров (нынешний Диксон), как его захватила распутица: «Приехали в Стрелово и едва до оного зимовья доехали, понеже по морю вода стала сверх льда, а собаки обезножили, чего ради за поздним временем в оном зимовье стали весновать». Зимовье Стрелово находилось в устье нынешней речки Лемберова, где и теперь видны его развалины. В нем Челюскин прожил с 20 июня по 15 июля 1741 года, ожидая с Енисея оленей и лодок. На них он продолжил съемку до устья Енисея, где встретился с Лаптевым, приехавшим туда с Пясины.

 3. Экспедиция В.Русанова на шхуне «Геркулес» (1912-1913?)

Исходя из фактов обнаруженных  следов экспедиции В.Русанова на островах Геркулес и Попова – Чухчина, а также в глубине бухты Михайлова, можно предположить следующую рабочую гипотезу о маршруте русановцев к югу от места зимовки в 1913 году. Эту версию озвучил исследователь Таймыра, гидрограф В.А.Троицкий, мы только вносим некоторые коррективы, на наш взгляд существенные.

Известно, что лето 1913 года у северных берегов Таймыра было необычайно холодным, вскрытие ледового припая, да и то не везде, происходило в сентябре, на месяц позже обычного. Очевидно теряя надежду на освобождение судна, в конце августа Русанов с большей частью экипажа покинул «Геркулес» и направился вдоль берега на юг пешком. На судне остались ждать взлома припая  капитан А.Кучин с несколькими матросами. Конечно, Русанов и капитан условились, что береговая партия будет сигнализировать о себе кострами, если судно, освободившись изо льдов двигаясь вдоль берега, начнет обгонять пешеходов.

Береговая партия для переправ через речки, несомненно, тащила с собой легкий каяк, с которым, вероятно, двигалась часть пешеходов с грузом. Но основной груз – патроны и боеприпасы, с помощью которых путники охотой добывали себе пропитание – они несли с собой в рюкзаках.

Увидев с прибрежной сопки Приметной, что за полуостровом Михайлова виднеется вода или лед, путники пересекли полуостров в его основании, чтобы сократить расстояние, и вышли к вершине бухты Михайлова. По видимому бухта была еще покрыта невзломанным припаем, по которому они вышли на нынешний мыс Русановцев.

Здесь русановцы при виде  спасательного вельбота с «Геркулеса» разожгли огромный костер, поднимая бревна плавника на тундровый склон, возвышающийся над прибрежным пляжем на высоту не менее метра. Видя, что лед не позволит вельботу зайти в бухту, Русанов со своими спутниками решились добраться до него по дрейфующим льдам, так как расстояние было, по-видимому, не большое. Пускаясь в рискованный путь, они оставили тяжелые рюкзаки с патронами на о. Попова-Чухчина, к которому подошли с востока, рассчитывая  вскоре забрать их. Не дождавшись такой возможности, экспедиция устремилась к югу. Мористую опушку шхер блокировали льды и им пришлось пробираться на юг пролива между островами, отдельные из которых даже не были обозначены на существующих тогда картах.

В проливе Глубоком, не входя в Пясинский залим, экспедиция могла встретить непроходимый лед нового образования  - распресненные воды залива южнее линии островов Кастерина – Песцовый смерзаются значительно раньше, чем в проливе Глубоком и в других узких проливах, где действуют приливо-отливные течения и вода более соленая.

Поняв, что к югу они пройти уже не смогут, русановцы стали ожидать установления прочного ледового покрова, чтобы направиться пешком к устью Пясины, до которого им оставалось теперь пройти 60-70 километров, как они могли убедиться, определив по солнцу широту своего места. В устье Пясины они рассчитывали встретить «самоедов». На Пясину они должны были стремиться и потому, что остров Диксон в те годы был необитаем, а от ближайшего населенного пункта в устье Енисея – Гольчихи их отделяло около 500 километров.

В конце октября – ноября экспедиция направилась к мысу Рыбному и затем вдоль восточного берега Пясинского залива. Шли они пешком, волоча за собой на двух-трех примитивных санях продовольствие, палатку, спальные мешки. Через 3-4 дня путники должны были достигнуть устья Пясины. Здесь их могла подстерегать грозная опасность: часто наблюдающийся в дельте реки взлом льда при нагонных ветрах с моря или выступание на поверхность льда воды в виде наледи. Если им и удалось преодолеть эти препятствия, дальнейший путь вверх по реке в тщетных поисках людей, при отсутствии топлива не могло не привести к трагическому исходу.

Чтобы приблизится к разгадке судьбы экспедиции Русанова  запланировано пройти маршрутом вдоль восточного берега нижнего течения Пясины до мыса Рыбный, нацелившись попутно определить местонахождение старинных зимовий (Верхне и Нижне-Пясинское) и «переправы» Бегичева, которую необходимо искать в 10 км восточнее северного входного мыса  притоки – Старицы.

Необходимо обследовать восточный участок территории между поселком Диксон и Пясинским заливом.  Задача: осмотр плавника (в том числе, в районе промыслового зимовья Громадского), паспортизация «избы Бегичева», посетить  и исследовать место обнаружения - «почты Амундсена» (поход Тессема и Кнутсена- 1919г), место гибели Тессема (в 1924 году норвежцы с судна «Veslekam» поставили крест из плавника), место установки маяка Ф. Минина (1741 год), на берегу бухты Рыбной.

 4. Экспедиционное судно «Зверобой» в Карском море

В 1929 году общество промышленности и торговли «Комсеверопуть» купило в Норвегии промысловое судно «Браганца» - типичный норвежский зверобойный бот водоизмещением около 800 т.

В 1928 г. «Браганца» под командованием Н.Свенсена, бывшего много лет ее капитаном, принимала участие в поисках экипажа дирижабля «Италия», потерпевшего аварию севернее Шпицбергена.

Судно прибыло в Архангельск уже под советским флагом под названием «Зверобой». Командовал им капитан А.К. Бурке, а ст.штурманом был Л.К. Шар-Баронов.

В летнюю навигацию 1929 г. команда «Зверобоя» получила задание завести снабжение в некоторые пункты Баренцева и Карского морей (в частности доставить запчасти  в Диксон для базировавшегося там гидросамолета Б.Г. Чухновского) и создать первую промысловую зимовку на о. Шокальского. Следует сказать, что экспедиционное судно «Зверобой» было первым судном, отправившимся к северо-востоку от островов Каменных. Последний раз здесь плавали только гидрографические суда «Таймыр» и «Вайгач» в 1915 г.

Примечание: На восточную часть Карского моря от о.Диксон до пролива Вилькицкого в то время имелось всего две карты, составленные в 1906-08 г.г. в основном по работам Русской полярной экспедиции на яхте «Заря». Район же Пясинского залива показывался на этих картах по съемкам в 1740 г. штурманов Второй Камчатской экспедиции Ф.А.Минина и Д.А.Стерлегова.

Опыт плавания «Зверобоя» широко использовался в аналогичных плаваниях экспедиционного судна «Белуха» в 1930-32 гг.

В сентябре 1930 г. «Зверобой» наскочил на неизвестный риф напротив зимовья Громадского в Пясинском заливе и, получив пробоину,  затонул. Обломки «Зверобоя» еще несколько лет виднелись неподалеку от зимовья у скалистого мыса, получившего по судну название-мыс «Зверобой». Предполагается установить на этом месте памятный знак.

В план исследований  включен осмотр полуострова Скуратов. В 1894 году парусная баржа «Лейтенант Скуратов» (называвшаяся в честь участника Второй Камчатской экспедиции Алексея Скуратова, изучавшего в 1735-37 гг. Югорский Шар и Обскую губу) с грузом угля для судов экспедиции А.И. Вилькицкого все лето стояла в бухте Диксон. На нынешнем полуострове Скуратова команда баржи построила навигационный знак, дав ему название по судну.


© 2009, Полярная экспедиционная компания
660052, г Красноярск , ул Алексеева 101
E-mail: info@polar-ec.ru
Поделиться: